Разнообразие под тоталитарным контролем

Владислав Юрьевич

Прошлое, особенно недалекое, конца 90-х, начала 2000-х сегодня создает новые императивы будущего, когда уже становится очевидно, что прошлое уходит, настоящее слишком аморфно, а будущего практически не видно. Для понимания того, что происходит сегодня полезно оглядываться назад, чтобы оттуда начать анализировать нынешнее и создавать образ будущего. Бесценный опыт людей из окружения нынешнего президента России В.В.Путина помогает понять те смыслы, которые закладывались вначале правления бессменного президента. В.Сурков в интервью для издания Financial Times «Передозировка свободы смертельна для государства»:

Мы должны были дать людям разнообразие. Но это разнообразие нужно было контролировать. И тогда все будут довольны. И при этом сохранится единство общества. Это работает, эта модель работает. Это хороший компромисс между хаосом и порядком. Римский император Октавиан пришел к власти и создал государство нового типа. Это была уже не республика, он сохранил формальные институты республики – был сенат, был трибун. Но все отчитывались перед одним человеком и подчинялись ему. Таким образом, он женился на воле республиканцев, убивших Цезаря, и на воле простых людей, которые хотели прямой диктатуры. Путин сделал то же самое с демократией. Он не отменял ее. Он сочетал это с монархическим архетипом российского правления. Этот архетип работает. В нем достаточно свободы и достаточно порядка. Но впереди нас ждут интересные вещи. Будет много новых драматических преобразований.

Президентская республика, это уже не республика, это диктатура одного человека, кардинально отличающаяся от монархии, так как монарха легитимностью наделяет Церковь и Бог, а президента – народ, наделяющий своего избранника собственными качествами, но не теми, которые есть, а теми, которые народ хотел бы видеть. Именно поэтому, любая мысль, даже самая банальная в устах президента становится откровением и, более того, побудительным мотивом к действию и к созданию безальтернативного будущего. Как только такой процесс начинается в государстве – знайте, республика скрылась за поворотом, а на дворе время автаркии республиканского типа, потому, что сохраняются формальные атрибуты народовластия – парламент. Политическая система становится авторитарной, нацеленной на прославление и удержание у власти одного человека. Как в такой среде сохранять демократию – уму не постижимо.

В.Сурков в своем откровении явно дает понять, что Кремль создавал не свободу и политическое разнообразие, а всего лишь суррогаты демократии, прямо копируя у Запада. Нет здесь никакого российского ноу-хау, на Западе автаркия – это власть капитала, большого и наследственного капитала, который и создавал эти республиканские демократии, и строил либерализм, но лишь для себя, любимого. Многие догадывались, что никакой демократии в России давно нет, но всем правит капитал, иначе не было бы такой ужасающей коррупции, которая выгодна власти, не было бы «ручной» оппозиции за государственный счет, и не менее «ручной» Церкви, также получающей огромные государственные гранты на развитие своих программ. Зачистив политическое поле, можно было поиграть в демократию, в «Русские марши», в ДПНИ, в «Родину» и прочие мертворожденные проекты, не нашедшие никакой поддержки у нашего народа.

Почему? Потому, что, во-первых, тема не сильно интересная большинству русского народа, который всегда старался жить общими интересами со всеми этносами, а во-вторых, народ не обмануть – он фальшь за версту чувствует. Это только кажется, что русским народом можно манипулировать, но в действительности все обстоит иначе. Безусловно, наш народ может заблуждаться, и делал это много раз на протяжении XX века, но всякий раз кухонные разговоры перевешивали официальную пропаганду. В.Сурков говорит в интервью Financial Times, что не нужно пичкать наш народ высокодуховной пищей – ему хватит «Макдональдса». Опасное заблуждение, Владислав Юрьевич, давайте вспомним журналы и произведения, включая самиздат, которыми зачитывались граждане СССР. Простые люди, не интеллигенция! Впрочем, хорошо образованных людей в России всегда хватало. Вы, Владислав Юрьевич, просто не знаете России и русского народа, возможно, даже презираете простых людей, и именно поэтому не понимаете их и не способны увидеть, вычленить главное.

Во многом, то, что происходит сегодня, это не плод умелой манипуляции сознанием масс политтехнологов, в том числе, и вами, Владислав Юрьевич, но простое желание народа жить в этих условиях, которые многим кажутся комфортными. Люди могут мыслить высокими категориями общественного и государственного развития, человеческой этики и императивами будущего, но в повседневной жизни, которая занимает большую часть мыслительного процесса и, главное, желаний, человек, даже высокоинтеллектуальный, удовлетворяется малым – своим собственным комфортом. И именно от своего комфорта граждане и думают, мечтают и трудятся. Пока все устраивает, политтехнологи могут строить любые нагромождения смыслов, любые пропагандистские аферы, развивать любую автаркию. Но стоит где-то наступить на комфорт и благополучие людей – всё, идиллия кончилась, народ может пойти за любой ложью, за любой идеей, лишь бы она была противоположна властной вертикали.

Разве не так было в конце 1916 – начале 1917? То, что казалось незыблемо веками, было разрушено за три дня марта. Империя перестала существовать. Свобода, равенство, братство – лозунги Французской революции поселились в головах не просто толпы, а в самой высоколобой интеллигенции. Да, вскоре придет отрезвление, но будет поздно и нужно будет как-то приспосабливаться к новой ситуации, нужно будет выживать. Теория управляемого хаоса Стивена Манна работает прекрасно. Вначале хаос разрушает старую государственность, а затем общество создает новую реальность, так как априори стремится к комфортному существованию.

Но построив и обжив новую реальность (самоорганизованную критичность), общество неизменно начинает путь к своему концу – новому хаосу, который был детерминирован в самом начале построения новой реальности, чтобы банально выжить. Американцы, конечно, вволю поэкспериментировали с Россией в конце 80-х, начале 90-х, когда на практике опробовали свою теорию хаоса – работает, и это удивительно. Но работает потому, что теория хаоса основывается на простом принципе термодинамики и росте энтропии в замкнутой системе. В момент хаоса (революции) замкнутая система разрывается, но, ради восстановления комфорта, снова закрывается. Вы, Владислав Юрьевич, оказались в тот период, когда система создавала новую реальность и совершенствовала ее. Самое любопытное заключается в другом – периоды самоорганизации и разрушения становятся со временем все короче и короче, чтобы, в итоге, просто перестать быть новой реальностью, а погрести все человечество в хаосе, уже неуправляемом.

Видите, в какое интересное время мы живем, и без всяких «макдональдсов»! Сколько времени, Владислав Юрьевич, вам понадобилось для того, чтобы реально осознать правильность этой теории? Она, в отличие от вашего «контролируемого разнообразия» прекрасно работает, как мы только, что могли убедиться, раскрывая эту теорию общественной, неизбежной энтропии буквально на пальцах. Однако идем дальше. Как вы правильно изволили заметить: «впереди нас ждут интересные вещи. Будет много новых драматических преобразований.» О чем это вы? О том, что ваша система контролируемой свободы не только не нова – она прекрасно раскрыта в «Государе» Н.Макиавелли, но слишком скоротечна, действует в рамках всего лишь укрепления самоорганизованной критичности – новой реальности до тех пор, пока комфорт в обществе нарастает, но стоит ему застрять на одном уровне, что неизбежно, как сразу же начинается следующий период – подготовка к новому хаосу через повышение энтропии в обществе. Государство – система замкнутая, как и любая нация, его составляющая, поэтому контролировать процессы свободы в обществе можно только тогда, когда растет общественный комфорт, выраженный в потреблении и свободе предпринимательства.

Уловив ветер перемен, сегодня можно хвалить себя за прежде совершенные подвиги сколько угодно, но ветер уже сменился, и погода явно портится, не так ли, Владислав Юрьевич? Завтра никто не вспомнит, не только о В.Ю.Суркове, но и обо всех нынешних правителях, политиках, олигархах и интеллектуалах. Новое время – новые люди, иные идеи и своя свобода в рамках (заметим, именно в рамках) новой самоорганизации общества и государства. Простая логическая цепочка, выстроенная биологом Стивеном Гулдом для экосистем, прекрасно экстраполируется на общество и государство, как замкнутую систему: 1. Появление лидера (разрушение прежней системы), 2. Расширение (рост потребления и благосостояния), 3. Удержание достигнутого положения, 4. Закат, застой, старость, переходящая в появление нового лидера. И так всегда!

Разве в СССР – России происходило иначе? Брежневская эпоха продолжительностью 18 лет – это удержание, переходящее в закат, застой. Далее появление лидера новой эры – Ельцина при помощи Горбачева. В 90-х расширение лидерства, плавно переходящее в быстрое нарастание комфорта масс, с 2010 – наступает явно удержание достигнутого потенциала, плавно переходящее в застой к концу десятилетия. Цикл запросто укладывается в 30-35 лет, в два раза меньше эпохи СССР. Следующий цикл явно будет в два раза короче нынешнего, то есть, составит от силы 15 – 17 лет, не больше. А дальше может произойти то, о чем было сказано выше – создание самоорганизации общества, государства просто прекратится, так как переход замкнутой системы государство – общество в новую эпоху не произойдет по причине слишком большой энтропии и отсутствия созидательной энергии, которая всегда уменьшает общественную энтропию. Проще говоря – развитие системы, это пик, а каждый переход в новую систему уменьшает пики, в итоге достигая плоской равнины постоянного хаоса. И это то самое отдаленное будущее, которые мы все создаем сегодня.

Подписывайтесь на наш канал в Телеграм

1 комментарий

  • Juliann

    22.06.2021 at 15:21

    администрация не хочет или не может заставить исполнять коапп — админштрафы некому
    выписывать ??????

Оставить комментарий!